— Сочувствую, — кивнул Лешка, не отрываясь от бумаг. — Так, бизнесмен Вараксин: огнестрельное ранение, облит бензином и подожжен. Заказняк?

Я пожала плечами.

— Еще не читала. Хочешь, бери.

— Нет уж. Тут русским языком написано — Швецовой Марии Сергеевне. Так что давай что-нибудь другое.

— Ты серьезно, Лешка? — я обрадовалась. Если Горчаков меня хоть немножко разгрузит…

— Кто ж тебе еще протянет руку помощи, кроме меня? Взятки есть? Я бы с удовольствием порасследовал. Ну, в крайнем случае, превышение власти.

— Не на базаре, — огрызнулась я, поскучнев, поскольку в моем сейфе таких элитных преступлений не водилось. — Если ты настоящий друг,

бери, что дают.

— Ладно, не злись. А что дают?

Я полезла в сейф и порылась в бумагах.

— Убийство новорожденного хочешь?

— А ты чего?

— Леш, мне психологически тяжело расследовать дела об убийствах детей.

Лешка хмыкнул.

— А сама просила девочку из лесопарка.

— Ну, девочка уже подросток. А потом, меня Пилюгин уговорил, лично меня, понимаешь? А это дело…

Горчаков внимательно посмотрел на меня.

— Кому ты гонишь, Машенция? Колись, в чем фокус, а то не возьму.

Тяжело вздохнув, я достала из сейфа листочек бумаги.

— Там указания окружной прокуратуры.

— Ага, это уже ближе к истине. И чего хотят?

— На, смотри сам.

— “Составить схему к протоколу осмотра места происшествия с указанием дорог и тропинок”… Ну и что?

— А ты дальше почитай.

Лешка вчитался и поднял на меня серьезные глаза.

— “Установить и допросить лиц, которые воспользовались этими дорогами и тропинками”… Ты меня не разыгрываешь?

— В каком смысле?

— Ну, не ты эти “указания” состряпала? Сама? В порядке розыгрыша?

— И кого же я так могла разыгрывать? Оперов?

— Да ну, брось, Машка. Правда, не розыгрыш?